Туркменистан

 

Революция в Туркменистане: мифы и реалии

 

 Гозель Таганбердиева

 

После череды цветных революций в странах СНГ и ряда жестких высказываний в адрес последних диктатур в Евразии со стороны американского правительства и международных организаций, многие поспешили записать в претенденты на следующую революцию не только Белоруссию, но и Туркменистан. В данном обзоре автор постарались проанализировать факторы цветных революций, которые тем или иным образом сыграли свою роль в падении предшествующих режимов в странах с состоявшимися революциями применительно к сегодняшней ситуации в Туркменистане.

Немного истории или, первая цветная

Собственно цветная по смыслу революция в Туркменистане имела место в 1995 году и была жестоко подавлена, когда около 200 человек в основном молодежь, вышли на одну из площадей Ашхабада. Основным лозунгом демонстрантов была смена режима, уход президента Ниязова. Вся группа была оцеплена, избита, арестована. Двое из арестованных впоследствии скончались от побоев, главные организаторы получили различные сроки тюремного заключения. Все участники были объявлены наркоманами и хулиганами. Тогда же получала начало практика публичных покаяний фигурантов дела, которые записывались на пленку и многократно транслировались по телевидению. Судьба нескольких участников тех событий до сих пор неизвестна.

Номенклатура и оппозиция

Президент Туркменистана в силу гипертрофированных личных амбиций всегда оставался крайне нетерпим к чужому мнению и авторитету оппонентов. В силу этого уже в начале 90-х годов были удалены и подвергнуты остракизму практически все государственные чиновники, которые могли себе позволить хоть малейшее фрондерство. Так в начале 90-х вынужден был оставить свой пост министр иностранных дел Туркменистана Авды Кулиев, который положил начало спорадическому процессу формирования номенклатурной оппозиции. Суть этого процесса состояла в том, что бывшие чиновники, по каким-то причинам утратившие расположение Ниязова, покидали страну в целях безопасности (а некоторые, назначенные послами, попросту не возвращались по первому зову Туркменбаши) и уже за рубежом позиционировали себя в качестве диссидентов или оппозиционеров. Некоторым удалось собрать под свои знамена достаточное количество сторонников и возглавить оппозиционные движения.

Самым известным оппозиционером одной из следующих волн номенклатурной эмиграции стал еще один бывший министр иностранных дел Туркменистана, вице-премьер, курировавший силовые структуры Борис Шихмурадов. Ему удалось организовать осмысленное оппозиционное движение бывших государственных чиновников, как за пределами Туркменистана, так и внутри страны. Деятельность этого движения вылилась в попытку государственного переворота в ноябре 2002 года, которую сама эта группа называла мирной попыткой отстранения Ниязова от власти, а сами власти Туркменистана называли не иначе как попытку покушения на жизнь президента Туркменистана. В этой истории до сих пор остается много темных сторон и недоговоренностей. В результате это инцидента практически все участники переворота, находившиеся на территории Туркменистана были арестованы и осуждены на длительные сроки заключения, а все руководители на пожизненные. Позже по телевидению были показаны покаяния всех участников событий со стороны оппозиции, а спустя еще некоторое время вышла книга Бориса Шихмурадова Я и мои сообщники террористы, написанная им в заключении. Безусловно, никто, ни в Туркменистане, ни за рубежом, не воспринял это свидетельство и саморазоблачение за правду, но и путанные и противоречивые заявления сторонников Шихмурадова не внесли никакой ясности в суть пришедшего.

Молодежь и студенчество

Полная изоляция нового поколения от всего интеллектуального багажа общества предыдущего времени, уже принесла свои плоды. Переход на латинский алфавит и тотальная дерусификация образования и информационного поля, вкупе с тотальным же насаждением государственной идеологии, позволили властям сформировать абсолютно новое поколение молодежи, представляющее свое прошлое только в изложении и трактовках государственных идеологов, почти полностью подчинив сознание молодежи. Отсутствие альтернативной информации и ее недоступность уже привели к полному зомбированию основной части молодого поколения. А те немногие из молодых любей, кто получил образование в городских школах, постепенно пополняет резерв лояльной государственной номенклатуры или уезжает за рубеж.

Ужасающая безработица и низкий уровень жизни особенно в сельской местности не конвертируется в протестный потенциал и ввиду низкого уровня образования и кругозора, наркомании, финансовой, психологической зависимости от воли государства.

Интеллигенция

После распада Советского Союза, власти Туркменистана проводили планомерное уничтожение всей среды обитания, свойственной и привычной для национальной интеллигенции. Была закрыта Академия наук, и большинство ведомственных институтов, ликвидированы почти все творческие союзы, произошли масштабные сокращения врачей и учителей. Все известные ученые, писатели, журналисты, артисты, архитекторы, врачи, преподаватели ВУЗов вынуждены были покинуть страну. Часть из них в 90-х годах примкнула к различным оппозиционным группам за пределами Туркменистана, но ныне их авторитет и влияние практически сошло на нет. Оставшиеся же были обречены на жалкое существование под неусыпным контролем идеологов в аппарате президента и соответствующего отдела в Министерстве государственной безопасности, или влиться в ряды витийствующих националистов, поставляющих новые идеи в строительство государственной идеологии, основанной на национализме, национальной исключительности и культе личности президента Ниязова и его семьи. Редкие случаи непослушания кого-то из старой интеллигенции находят незамедлительный ответ со стороны властей от запретов покидать страну, до арестов, лишения жилья, увольнения родственников с работы.

Вместо традиционной интеллигенции, власти стали взращивать послушную и до неприличия лояльную творческую субкультуру, которая занимается идеологическим обслуживанием правящего режима.

Военные и силовики

Во время своего правления Ниязов несколько раз сталкивался с ситуацией, когда поведение возвышенных им же самим силовых министров начинало угрожать его личной власти. Просочившиеся слухи о возможном заговоре во главе с председателем Комитета госбезопасности Назарове, заставили Ниязова срочно покинуть саммит глав СНГ в Алма-Ате и вмешаться в ситуацию. В результате руководство КНБ было смещено и арестовано. Более того, впоследствии Ниязов посадил в тюрьмы ВСЕХ бывших министров обороны, председателей КНБ, большинство бывших министров внутренних дел. Многие высокие чины был уволены, многие из них осуждены по различным делам, в том числе и по делу о покушении и по делам о халатности при расследовании этого покушения. После этого не проходит и года без смены руководителей силовых ведомств, а последний из министров национальной безопасности был смещен со своего поста за мягкость, а новому министру Ниязов приказал искать врагов внутри государства, ибо, по его словам, внешней угрозы у Туркменистана нет.

Учитывая кадровую чехарду в силовых структурах, полную недееспособность вооруженных сил, отсутствие авторитета того или иного чина силовых структур во вверенном ему министерстве, говорить об угрозе власти Ниязова с этой стороны не имеет смысла. Единственной боеспособной структурой, обладающей силами специального назначения, своей разведкой и контрразведкой, является служба личной охраны президента, которая не раз доказывала абсолютную преданность своему патрону.

Трайбализм

Одним из слабых мест туркменской государственности, как это отметил сам Ниязов, является трайбализм, клановость, землячество. В советские времена и в первые годы независимости этот фактор власти никогда не упускали из виду, ибо именно он являлся основой для расцвета коррупции. Учитывая это, Ниязов подошел к решению этих проблем как колонизатор своих же провинций. Он стал направлять на ключевые посты и в силовые структуры региона выходцев из других областей и принадлежащих к иным кланам или племенам, чем доминирующие в этой области. Это обеспечило ему гарантии того, что местные элиты не приобретут лишней политической и экономической самостоятельности, а довольно частая смена этих чиновников, но по тому же принципу, вообще свела угрозу усиления региональных элит к минимуму.

Аналогичным путем пошел Ниязов и по устранению проявлений трайбализма в органах центральной власти. Было издано несколько законов, регламентирующих деятельность государственных чиновников, в том числе и отдельный закон, запрещающий совместную работу родственников и земляков или лиц, принадлежащих к одному племени, в одной и той же государственной структуре. Учитывая то, что каждый чиновник при своем назначении на государственный пост обязан предоставить свою родословную до третьего колена, такие родственные связи достаточно легко выявляются.

Однако данная проблема не исчерпывается клановым присутствием в государственных структурах. Еще с советских времен и до настоящего времени существуют достаточно влиятельные и богатые семьи почти в каждом племени, во всех регионах Туркменистана. Ниязов старается любыми способами ослабить тот или иной клан: проводятся репрессивные акции, реквизиции собственности под надуманными и существующими предлогами, но на масштабные чистки он пока не идет из-за боязни спровоцировать массовые столкновения, предпочитая разбирать конструкцию по частям. Учитывая изолированность основных мест компактного проживания этих кланов и протяженность транспортных коммуникаций, можно говорить о вероятности каких-либо локальных конфликтов населения с властями, но не о распространении массовых волнений на всю территорию Туркменистана.

Исламский фактор

Суннитская ветвь ислама, исповедуемая в Туркменистане абсолютным большинством населения и адаптированная местными народными традициями, никогда не представляла серьезной опасности для государственного строя и не принимала ортодоксальных и агрессивных форм. Более того, именно благодаря поддержке государства, ислам снова восстановил свои позиции в обществе, что обеспечило лояльность религиозных авторитетов к власти в период становления независимости в начале 90-х годов. Однако чрезмерное вмешательство государства в религиозные дела, силовое (волевое) назначение главы мусульман страны, использование религии в качестве насаждения государственной идеологии и культа личности Ниязова, породили определенное недовольство в рядах верующих. Были отмечены случаи отказа несколькими муллами проповедовать идеи из книги президента Ниязова Рухнама наравне с Кораном. В различных регионах Туркменистана стали появляться листовки с воззваниями ненасильственного противления подобным нововведениям. Этот факт говорит о том, что в Туркменистане существуют уже религиозные группы, которые прошли первую стадию становления и приступили к активной подпольной работе и массовой агитации среди населения. Однако в силу достаточно слабой религиозности туркменского общества в общепринятом понимании, эти действия пока не находят широкой поддержки среди населения.

Средства массовой информации

Во всех, без исключения, цветных революциях последнего времени, одну из главных ролей играли свободные или оппозиционные средства массовой информации, через которые стороны, оппонирующие властям, могли донести свои идеи, воззвания, могли вести пропаганду, апеллировать к общественному мнению, в том числе и международному.

И в этой области власти Туркменистана полностью исключили все вероятные угрозы. В стране не существует независимых СМИ, все они принадлежат государству, точнее лично президенту, который является учредителем всех центральных газет, а его профиль украшает все телевизионные каналы. Единственный иностранный канал ОРТ ретранслируется в Туркменистане в записи после цензуры и не более 4-5 часов в сутки. В стране полностью запрещена подписка на иностранные газеты и журналы, разрешен ввоз и распространение частным порядком неполитической периодики, в основном развлекательного характера. Уже более двух лет вещание туркменской службы радио Свобода глушится во всех крупных городах Туркменистана. Доступ в Интернет строго органичен и контролируется, большое число Интернет-сайтов, публикующих материалы о Туркменистане, заблокированы.

Резюме

Основные революционные движущие силы общества, революционный потенциал в Туркменистане в государственных масштабах в настоящий момент отсутствует практически полностью. Существует вероятность возникновения локальных конфликтов в различных регионах Туркменистана, где местные элиты недовольны ущемлениями со стороны центральных властей, но лидеры этих элит сознают, что они пока не имеют ресурсов такого объема, который позволит им противостоять, в том числе и политической (не подпольной) и в вооруженной борьбе против центральных властей.

В более длительной перспективе (5-10 лет) для властей Туркменистана может оказаться существенной угроза от пока не вышедшей на широкую публичную арену силы нетрадиционного ислама. Учитывая постоянное пополнение потенциальной рекрутной базы за счет безработной и малограмотной молодежи, эта угроза со временем может стать основной.

С другой стороны, учитывая быструю обучаемость режима президента Ниязова и отсутствие психологических барьеров перед проведением масштабных репрессий, можно ожидать, что ближайшем времени и эти потенциальные угрозы режиму будут устранены.